Несколько лет назад ирландский философ Джон Диллон – большой специалист по Платону из Тринити-Колледжа в Дублине – прочитал лекцию в Новосибирском Академгородке (в НГУ). Говорил он о том, каким образом социально-политические взгляды древнего философа могут оказаться актуальными в нашу эпоху. Вот что было при этом сказано (в свободном изложении):
Наша эпоха отличается от более ранних тем, что мы всецело устремлены в будущее. Мы живем с идеей прогресса – завтра будет лучше, чем сегодня, а послезавтра будет лучше, чем завтра, и т.д. Идея привычная, но спорная. Во-первых, относится она только к техническим достижениям – конечно, не было еще в начале прошлого века ни мобильных телефонов, ни стиральных машин-автоматов, ни замечательного ящика с названием «телевизор». Не летали в космос. Его лишь наблюдали, им любовались и дали ему имя «украшенный», «красивый» (слово «космос» этимологически того же корня, что и слово «косметика»).
Но стал ли человек лучше? Красивее? Умнее? Добрее? Едва ли можно однозначно ответить на этот вопрос. Пожалуй, не у всех повернется язык сказать, что мы действительно превосходим в этом своих предков
Кроме того, идея прогресса, поскольку ее применяют лишь к внешним формам человеческой жизни, формирует общество всё более безудержного потребления и неумолимо ведет к кризису. Порой сами люди не выдерживают «столкновения с будущим» и страдают всё более тяжкими психическими расстройствами.
Могут ли нам помочь в этой ситуации классики античной философии?
После такого вступления Диллон обратился к произведениям Платона «Государство» и «Законы». Последнее сочинение (последнее в жизни Платона) является особенно объемным, а по умонастроению, владевшем автором в момент его написания, оно сопоставимо с известной книгой Гоголя «Избранные места из переписки с друзьями», благодаря которой классик нашей литературы заслужил себе у интеллигенции репутацию крайнего реакционера и зануды.
Однако, по мнению Джона Диллона, обращение к позднему Платону помогает преодолеть современные идеологии, которые застят нам глаза и не позволяют адекватно оценить окружающий мир и его проблемы. Короче говоря, с помощью Платона нам следует освободиться от ряда современных предрассудков.
1. Предрассудок «прогресса» и проблема демографии
Идея прогресса была привнесена в Европу христианством с его концепцией развития мира и человечества от Сотворения до Страшного Суда, причем эта концепция очень сильно трансформировалась со временем. Древние же греки верили в то, что природа и история цикличны, и человечество должно находиться в балансе с природой. И если в одном месте население увеличивается, то в другом оно должно уменьшиться. При этом государство должно достигнуть экономического и демографического баланса и поддерживать его, не прибегая к постоянной экспансии.
С точки зрения Платона, потребление должно быть ограничено необходимым для жизни, поскольку в противном случае государство так или иначе окажется в конфликте со своими соседями из-за ресурсов. Разве не так происходит сейчас? Для того, чтобы гарантировать рост потребления при постоянно уменьшающихся ресурсах, США во главе «свободного мира» приходится насаждать «управляемый хаос» в остальных регионах. А что, если по пути США пойдут Китай и Индия, которые имеют не меньше прав на земные ресурсы?
По Платону, существует некоторая идеальная пропорция между населением и той территорией, которое оно занимает. И эту пропорцию нельзя нарушать. Так, согласно философу, в идеальном государстве Магнезия должно быть 5040 хозяйств, что примерно соответствует количеству жителей в 20–25 тысяч человек. И государство должно быть организовано так, чтобы число его граждан оставалось стабильным, чему призваны служить законы наследования, землепользования, как и законы, регулирующие стиль жизни. Если население превышает критический уровень, «излишки» должны быть выселены (во времена Платона так совершалась колонизация новых территорий, а вот в наше время «выселять» можно только в космос).
Конечно, многое в платоновских схемах сейчас неприемлемо. Но, по крайней мере, к его требованию ограничить производство необходимым минимумом, а не постоянно возрастающими «потребностями» (как это сейчас происходит и оправдывается экономическими законами капитализма), следует отнестись со всей серьезностью. Экономика должна стать стабильной, а не постоянно растущей, и это может быть достигнуто с помощью как внутренней гармонии разумного устройства, так и гармонией с природой. Меры для достижения этой цели могут быть разными. Например, в случае перенаселения, если супружеская пара хочет иметь больше детей, чем двоих, она должна платить налог за право иметь третьего и последующего ребенка. Так же и государство, которое потребляет больше средней нормы, должно выплачивать налог другим странам, т.к. фактически оно потребляет за их счет.
2. Что делать с религией?
Среди конфликтов, раздирающих современный мир, есть место и конфликтам религиозным. Главным образом, враждуют между собой различные направления христианства и ислама. В этой области подход Платона состоял бы, как представляется, в следующем.
Сам Платон считал народные представления о богах весьма далекими от понимания сущности истинного трансцендентного Бога. Этот Бог един, благ, вездесущ, но, вообще говоря, находится все времени и пространства. В то же время философ настаивал на скрупулезном исполнении всех обрядов религии олимпийских божеств (правда, очищенной от наиболее грубых представлений об интригах и сварах между этими богами, о чем повествуют мифы). Именно глубокое общее переживание участия в религиозных обрядах объединяет людей, превращает толпу (охлос) в народ (этне). Атеизм в платоновском государстве является страшным преступлением.
Но, с другой стороны, религиозные культы в разных эллинских городах могли разниться, а среди прочих народов (Платон, к примеру, гостил в Египте и глубоко уважал его культуру) они и вовсе могли быть другими. Как Платон относится к другим религиям? Как к другим (альтернативным) путям к Единому Богу.
Вот и в наше время такие религии, как индуизм, буддизм, даосизм или конфуцианство, ни на кого не нападают и никому себя не навязывают. Претензию же на то, что они несут человечеству единственную и непреложную спасительную истину, выдвигают христианство и ислам. Но на каком основании они так считают? Демонстрируйте свой путь, но зачем же отрицать другие пути и насильно заставлять людей следовать только за собой?
С другой стороны, интеллектуалам, презирающим мифы и ритуалы традиционной религии, следовало бы осознать, что это – аллегорические и символические формы, за которыми, по существу, стоят убеждения, раскрывающие высшую истину и высшее призвание человека. Так считали, например, гуманисты эпохи Ренессанса Марсилио Фичино и Пико делла Мирандола, так считают исламские мистики суфии. Различие религиозных учений, традиций и обрядов совсем не обязательно должно мешать единству в главном.
3. Как управлять обществом: демократия или элитарность?
Очень остро в наше время стоит и проблема управления: демократия подразумевает свободных граждан, но в то же время государство всё более усиливает контроль над ними. Джон Диллон считает это не меньшей проблемой, чем проблема экологическая или проблема религиозных конфликтов. Чему же может научить нас обращение к Платону, который был отнюдь не демократом, а напротив, сторонником управляемого замкнутой элитой тоталитарного государства?
В 6-ой книге «Государства» Платон изображает современное ему афинское общество как «корабль дураков». Чего только не вытворяют члены его команды – рядовые граждане, и рулевые – демократические политики и идеологи! С точки зрения Платона, считать, что каждый может управлять государством, – это бред. Управление – это наука, и ее освоение требует многих лет подготовки. И далеко не все способны эту науку освоить. Поэтому государством и должна управлять элита. Однако платоновская идеальная элита не имеет ничего общего ни с жадной и развращенной олигархией, ни с демократическими демагогами-популистами, из которых очень часто и очень легко получаются тираны. Элита – это «особые люди», которые с детства проходят соответствующую подготовку, воспитываются в понятиях долга и служения. В элиту входят по праву рождения, однако она не является вполне замкнутой. Недостойных членов из нее исключают, зато пополняют ее за счет достойных из других слоев населения. Суть в том, что быть членом платоновской правящей элиты – намного тяжелее, чем обычным гражданином. Для граждан, занятых экономической деятельностью, предусмотрены экономические же стимулы (у них есть частная собственность, и в их среде приветствуется частная инициатива), а вот у элиты частной собственности не должно быть вовсе, а в повседневной жизни им предписан строгий аскетизм или, по крайней мере, умеренность во всём. Человек, у которого материальный интерес преобладает над всеми прочими, сам сбежит из такой элиты!
Но в то же время ситуация в платоновском государстве не такова, что несколько пастырей гонят в одним только им ведомом направлении бессловесное стадо. Платон полагает, что всё общество в целом, включая воинов, ремесленников, крестьян, мужчин и женщин, должно постоянно учиться быть гражданами. Человек должен уметь себя ограничивать. Разумная часть души должна влиять на чувственную, страстную. Она должна укрощать ее, как в цирке укрощают дикое животное. Этому обучению гражданина следует начинаться еще в утробе матери, которая должна приучать плод к чувству гармонии.
Платон использует такой термин как пайдейа – нравственное и интеллектуальное воспитание. Оно должно быть обязательным, иначе человек не сможет правильно жить в государстве. Разумеется, такой идеал коренным образом противоречит нравам современного либерально-демократического общества, в котором, с одной стороны, существует как бы безграничная личная свобода, но, с другой стороны, «свободные» граждане являются объектом беззастенчивой манипуляции со стороны безответственной и своекорыстной элиты.
Урок Платона состоит в том, что в современном государстве отсутствует система подготовки молодежи к ответственной гражданской жизни. Именно эту систему следовало бы воссоздать. Это потребует неимоверных усилий на начальном этапе, но зато даст огромные преимущества в дальнейшем: хотя бы потому, что ответственные граждане смогут ограничить себя, если необходимо, в своем потреблении, будут принимать другие религиозные взгляды постольку, поскольку эти взгляды не являются деструктивными, и будут действительно свободны, поскольку накладываемые ограничения станут внутренними, а не внешними.