Марксизм как форма фатализма

Вот возьмем известное марксистское утверждение: «Вся история — это борьба классов». То, что существует такая штука как «социальные классы» — спору нет, как и то, что у этих самых классов есть свои специфические интересы, что закладывает возможность конфликта между ними. Но верно и другое: в обществе классы занимают естественно принадлежащую им нишу, они исполняют ту или иную объективно существующую общественную функцию, что закладывает возможность симбиоза или сотрудничества между ними. Поэтому в равной мере правильным является и утверждение: «Вся история — это сотрудничество классов». И даже не «в равной мере правильным», а в гораздо большей мере... Существует и вполне реальна еще и такая штука как «национальный культурный код», классическим марксизмом вовсе не принимаемая во внимание. Так вот, на протяжении истории «национальный культурный код» в 99% случаев решительно доминировал над любым классовым сознанием. В случае войны вся нация со всеми ее классами выступала единым фронтом, и сколько ни говори, что «войны ведутся ради интересов капиталистов и помещиков» (что отчасти верно), есть всё-таки нечто в сознании народных масс, что заставляет их идти сражаться за своих «эксплуататоров», вместо того, чтобы «превратить войну империалистическую в войну гражданскую».

Марксизм как одна из форм материалистического мировоззрения по необходимости детерминистичен и склонен к упрощенчеству. А применительно к человеку и обществу детерминизм оборачивается фатализмом. Субъектов действия (личных или коллективных) тут как бы и вовсе нет, а есть «объективно протекающие процессы». Но там, где субъекты всё же есть, нет места фатализму, а конечный результат транзакции непредсказуем заранее, т.к. основан на сочетании действий ментальных факторов, механизм которых до сих пор толком не изучен, и неизвестно, может ли быть изучен вообще. Те же отношения классов могут стать антагонистическими, а их конфликт — завершиться революцией, а могут быть и вполне мирными, «симбиозными» (даже при высокой степени эксплуатации одних другими). Всё зависит, в конечном счете, от конфигурации коллективных «классовых воль».
В конечном итоге выходит, что марксизм — это не столько научная теория, описывающая некое общественное явление, сколько мощнейшее средство разжигания в обществе ненависти и натравливания друг на друга различных социальных групп (любопытно, что при этом сплошь да рядом «классовыми врагами» оказываются те, кто изначально принадлежал как бы к одному классу: любимый «соцреалистический» сюжет — о конфликте на «идейно-классовой» почве членов одной семьи).

А вывод такой. Марксизм — безусловно важная составляющая наследия человеческой мысли, тем более, что ряд черт и механизмов капиталистического общества он описывает вполне адекватно, предоставляя исследователю инструментарий и метод анализа. Однако теории «светлого коммунистического завтра» следует освободиться от цепких объятий этого «единственно истинного учения» с его редукционизмом, материалистическим фатализмом и апологией «классовой борьбы на уничтожение».

Комментировать в ЖЖ  Обсудить в ЖЖ

Добавить комментарий